Меню
16+

Общественно-политическая газета «Пучежские вести»

21.01.2021 10:14 Четверг
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 3 от 21.01.2021 г.

Три кувшинки Александра Мучкаева, или Чем редиска отличается от цветов

Александр Алексеевич Мучкаев отмечает свое 65-летие. Летом он написал три работы с одним названием «Кувшинки». Что это? Кризис жанра? Бедность фантазии? Зачем мастеру столько кувшинок? И, вообще, поговорим с художником о цветах. Как он к ним относится, кому дарил. К тому же есть повод — день рождения. А какой день рождения без цветов, даже в январе.

                                                  Их не было  лет двадцать

- Дело в том, что я не видел в Пучеже кувшинок лет двадцать. Давно их не было ни на Волге, ни на речках, ни в прудах. Я писал когда-то фабричную речку, но цветов там не было. И вот вдруг последние года два-три они стали появляться. Видимо, вода почище стала. Ко мне пришел один парень и сказал, что шел мимо реки, и увидел, что там расцвели кувшинки. Красиво. Но я в жизни никогда не писал эти цветы. Не писал, потому что их у нас просто не было. Получилось сразу три работы.

Кувшинки написаны с разных мест. На двух цветы изображены днем, на одной — вечером.

Речка, где распустились эти прекрасные растения, называется Родинка. Дело в том, что кувшинки такая вещь, что если ты не успел написать их в течение нескольких дней, то потом уже не получится — они исчезнут. Их потом не напишешь, как сирень, которая тоже довольно быстро отцветает. Я же всегда ходил на этюды, но не видел в Пучеже этих желтых цветов, растущих в воде. А тут вдруг они появились.

                                         Это отдых для художника

- Картины с цветами у тебя редкость.

- Ну как это? А сирень. Розы недавно написал. Дело вот в чем. Когда пишешь пейзажи, то этот процесс иногда приедается. Все время у нас пишется Волга, берег, тучи, леса, болота. А иногда объектом для творчества хочется выбрать что-то легкое. Когда пишешь кувшинки или розы, отдыхаешь просто. Это как, знаешь, писать сначала большую поэму, а потом сочинить эпиграмму.

- Хватило бы одной работы, или ты так устал, что решил сразу три исполнить.

- Нет. Не устал. Ты знаешь, каждую работу, честно говоря, я писал где-то около часа или полтора всего. Одну написал, захотелось еще одну написать. Вторую написал, захотелось — третью. Сейчас не хочется четвертую писать (смеётся — авт.) Этот творческий процесс был интересен. Ты же видел, я писал болота, стада коров, обрывы, поля наши. Это темы более серьезные. В них можно увидеть какой-то подтекст. Нищету, заброшенность, которую я очень люблю изображать, одиночество пучежское, поля. Вот, например, на холсте — одна старушка, один дом, одна корова и огромная Волга. Здесь можно о чем-то подумать, а цветы — это отдушина, своего рода развлечение. Так же розы я написал. Не то, что я хотел их писать. Моей дочке подарили цветы, вот я их и перенес на холст. Тут много думать не надо. Ловишь красоту, красивый эффект. Стоят розы в вазе на окне — и всё. Душа, как говорится, отдыхает.

                                     Вот такие «цветы»  на закуску

- Были в твоей жизни истории, связанные с цветами?

- Была выставка одного ивановского известного художника Вячеслава Поюрова. Я приехал из Пучежа его поздравить. А все посетители стоят с цветами. Открытие выставки идет полчаса, чуть больше. Говорят речи, рассказывают биографию художника. Все с цветами, а я без. И я побежал на площадь Ленина купить букет. А дальше, как у Задорнова, пролетая мимо пятого этажа, бочка вернулась назад. Пролетая мимо площади Ленина и улицы Громобоя, я увидел старушку, которая торгует редиской. Редиска была связана пучками, и в корзине у нее корнеплоды были сложены, как букетики. Красивые, красные.

А я знаю, на выставке после фуршет, не хватает еды. Остального много, а еду не приносят. Я скупаю эту редиску: пять «букетиков». Благо дело — недорого. Забегаю в наш Союз художников. У кого-то беру праздничную ленту. Перевязываю бантом. «Кто еще хочет выступить и поздравить юбиляра?» — спрашивает ведущий. Я вышел с букетом редисок. Публика была шокирована. Мне хлопали больше всех. А Слава, автор выставки, был очень рад такому «букету». Когда я закончил поздравление, он сказал: какие все молодцы — подарили розы, цветы разные, ландыши, а вот один человек подарил и цветы, и еду, и закуску вместе взятые. Букеты цветов он домой не взял, женщинам раздал, а букеты редисок мы с удовольствием все съели.

                                            Хочу написать портрет

Второй случай сейчас тебе расскажу. Как я оплошался с цветами.

Я был направлен в Дом творчества Союза художников России в город Горячий Ключ Краснодарского край. Мы, молодые художники, готовились к Всероссийской выставке в Манеже в городе Москве. Со всех городов России приехали художники. От Иванова послали меня. Первый день — день знакомства. Посидели, познакомились. Мне очень понравилась одна девушка из Питера. Мне захотелось написать ее портрет. Но она такая скромная, что я не знал, как подойти с этим предложением.

На следующий день я решился зайти к ней, поговорить, чтобы она мне попозировала хотя бы часа три-четыре. Там свободное время урвать трудно. Девушка была художницей и приехала тоже работать, готовиться к выставке. Она занималась гобеленом на темы сказок Гофмана.

Я пошел на рынок за цветами. Мне местные жители сказали, где он находится. Там продают разные розы ведрами. Я купил ведро роз вместе с ведром. На эту сумму можно было бы посидеть хорошо в ресторане дня два. Но как-то мне очень хотелось написать ее портрет.

У нее был необычный костюм, похожий на арлекинский: балахон с арлекинской юбкой, но сделанный в трех цветах: серый, белый и синий. Но так красиво! Она костюмы, оказывается, шила себе сама. Мне хотелось, чтобы она была на картине именно в этом платье.

Утром я пришел к ней в номер, поставил пластиковое синее ведро с розами. Она была очень рада. Я представился, сказал, что из Иванова и попросил ее позировать часа три-четыре для написания портрета. Она согласилась.

Когда я нес розы, надо мной весь этаж смеялся.

- Где взял?

- На рынке купил.

Смеялись особенно художники Краснодара и Краснодарского края. Они просто падали от смеха в коридоре, когда я им признался, что купил розы на рынке.

- Чего вы ржете?

Они говорят: пошли завтра с нами на этюды.

- Места-то вы знаете красивые?

- Знаем.

- Пойдем, покажете мне, я первый раз в этих краях.

Мы пошли в горы, заросшие лесом. Красивые места, правда. Они меня ведут из дома отдыха мимо жилых корпусов, а по середине между этими зданиями метров сто шириной и километра два длинной — розы растут.

Они меня спрашивают, ну теперь ты понял свою ошибку? Я тоже опешил. Говорю, тут рвать нельзя. Есть вывеска: штраф 10 рублей, кто будет это делать.

- А ты сколько потратил?

- Рублей тридцать.

Ну вот. Всё подсчитали. Мы бы лучше два дня посидели в мастерской, хорошо отдохнули. Вот теперь, когда захочешь роз, приходи и рви.

Я сделал хороший портрет. У меня его с выставки купил американский коллекционер.

Я любил писать ночами, когда наступала тишина. И каждый день ходил на эту клумбу, нарывал цветов часа в четыре утра. Никого нет. Охраны нет. Дней пять я писал портрет. Дней пять я приносил по ведру роз.

Так я оплошался с этими розами, по мнению местных художников. Но красивый случай с цветами вышел.

А когда мы пошли в горы, там, в низинах, росли поля диких роз. Вот так я полюбил цветы.

- С днем рождения, Александр Алексеевич!

Беседовал А. СКВОРЦОВ.

P.S. Когда я поделился своей идеей интервью с собеседником, Александр Алексеевич, смеясь, сказал: «Запиши мой девиз по жизни: надо жизнь прожить так, чтобы было, что вспомнить, но стыдно было рассказать», — шутит художник.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

141